b121b8da

Бережной Василий Павлович - Археоскрипт


Василий Павлович Бережной
АРХЕОСКРИПТ
Куда же исчез ты, мир мой прекрасный,
Милой природы цветенье и плод?
Шиллер
1
Часовой ракетной базы, стоя на вышке, в тени развесистой
пальмы, рассматривал фотографию девушки. Думал: почему всем
кажется она некрасивой? Она ведь самая лучшая на свете. Люди
просто не могут понять, какая она особенная, какой у нее чу-
десный голос, грациозная походка...
Замечтался часовой, вспоминая первую встречу, первый по-
целуй. Короткий автомат, стоявший у его ног, казалось, тоже
посматривал зрачком дула на фото. В глазах Аниты таилась
грусть.
"Ничего, Анита, не горюй, - мысленно утешал он ее, а за-
одно и самого себя, - уже немного осталось. Хотя ты могла
,бы и приехать, здесь, в пустыне, тоже неплохо, особенно по
вечерам. Обошли бы мы с тобой всю Сахару - ты ведь такая
быстроногая! Посидели бы у оазиса. Слышишь, пальмы перешеп-
тываются? Может быть, не нравится им, что мы здесь располо-
жились? Но ракеты тоже, как пальмы, - стройные, высокие,
только ветвей нет, похожих на опахала. База - тоже оазис.
Стальной. И что для него вся эта бескрайняя пустыня? Одна
секунда - и сметет с лица земли целый континент. Так что не
печалься, Анита. Радуйся: мы теперь хозяева даже в космосе.
Так говорит наш командир".
Загундосил привинченный к ажурному барьеру телефон, и ча-
совой нехотя снял трубку.
- Дежурный слушает.
- Ты что там, заснул? - послышался недовольный голос ка-
питана, и солдат поежился. - Тревога номер один! Неопознан-
ный объект приближается к базе. Как только покажется в твоем
секторе, - огонь!
- Вас понял, капитан! - выпалил солдат.
Он даже обрадовался: по настоящей, боевой, не учебной це-
ли не стрелял еще ни разу. Вскочил. Автомат лязгнул о сталь-
ные перила. А фотография Аниты белым голубем вспорхнула и,
то кружась, то взвиваясь, плавно полетела вниз.
Уже припав к многоствольной автоматической зенитке, заме-
тил часовой, что, подхваченное ветром, взлетело фото на уро-
вень башни, качнулось, словно на волне, и его можно бы пой-
мать, ухватить. Но было теперь совсем не до этого.
Едва только увидел он на фоне ясного неба объект, его
словно током ударило.
Черная точка шла прямо к тому кругу на экране с сеткой
координат, в который никто не имел права входить. И солдат
ни о чем уже не мог думать, кроме этой точки. Он словно стал
живой приставкой к автоматической установке, ее механическим
мозгом. Переводя взгляд с экрана на небо, выжидал. Неизвест-
ный летающий объект держал курс на оазис, но чтото необычное
было в его полете. Казалось, время от времени он останавли-
вается, как бы присматриваясь и принюхиваясь к пустыне,
словно она - гигантский золотистый пирог.
Часовой, не спуская глаза с оптического прицела, пробор-
мотал:
- Давай, давай! База тебе нужна, все понятно, фотографи-
руешь! Или просто заблудился в небе? Что же ты не отвечаешь?
Ах, нет у тебя аппаратуры? Или отказала? Ну, это твои забо-
ты. А я не виноват. В конце концов мог бы и повернуть назад.
Встреча со мной ничего хорошего тебе не сулит. Или ты вообще
без пилота?
Где-то в глубине души шевелилось какое-то смутное желание
избежать кровавого финала. Солдат почему-то не ощущал в бес-
шумном полете странного аппарата никакой опасности ни для
базы, ни для самого себя.
А аппарат между тем все приближался и приближался. И при
этом ни гуда, ни воя, ни даже пчелиного жужжания.
Над оазисом и над всей пустыней, грудью отбивавшей мириа-
ды солнечных стрел, притаилась тишина. Безгласно и нем


Назад